10.12.2025 г.

Мой дед Александр Семенович Смирнов – удивительный рассказчик. Все свои детские воспоминания он дополняет стихами собственного сочинения (дал же Бог талант!) и реальными архивными документами – низкий поклон ему за этот кропотливый труд.

Вольно или невольно, но дед стал архивариусом и хранителем истории нашей большой семьи. Именно с его слов записана эта история о судьбе его родной тетки Марьи, родившейся и прожившей жизнь в селе Белбаж некогда Залесного района нашей области.

В дом под черепичной крышей

В далёком-далёком своем детстве, во времена ещё не так далеко ушедшей войны, глядя в окно на мир, простирающийся за речкой Белбаж, я глазами своими натыкался на красную черепичную крышу добротного старого дома в деревне Вязовке. Там со своими детьми проживала тётка Марья, единственная среди шестерых детей деда Дмитрия дочь.
Склон от домов к речке был засажен картошкой. Промежду участками петляли тропы, по которым мы бегали друг к другу в гости. Дочери тётки Марьи были нам с братом одногодками, и это нас сближало вдобавок к кровным узам.

Тётка в войну овдовела. А довоенная ее жизнь начиналась прекрасно в родном селе Белбаж Залесного района. Подросшую статную девицу углядел красивый парень из семьи Волковых, род которых шёл с начала века от Иллариона. Весь почти восточный край деревни Вязовки до прогона, на котором стоял дом под черепичной крышей, был заселен выходцами из этой семьи. Муж Марии, Василий Федорович, был внуком Иллариона.

Дом же Фёдора Илларионовича, отца Василия, стоял чуть выше по прогону, чем дом под черепичной крышей. В военное и послевоенное время в нём жила семья его сына Ивана Федоровича. Родственными связями и была крепка та и другая сторона семейства Марии Дмитриевны. Отец её, наш дед Дмитрий Иванович Смирнов, участник Первой мировой, имевший ранение (прострелянный шрапнелью локоть правой руки), призыва на войну избежал и работал в пекарне, что существовала в Белбаже на территории монастыря. Три старших сына его – Иван, Сергей и Алексей – воевали на фронтах Великой Отечественной. Два младших учились в школе: Семён (мой отец) закончил семь классов в 1942-м и сразу стал работать при МТСе учетчиком тракторной бригады. Самый младший – Михаил – отучился в местной школе, затем в Ильино-Заборской и по окончании её поступил в лётное училище города Качинска, посвятил свою жизнь службе военной.

Мария Дмитриевна, имея на руках двоих сыновей и какое-никакое хозяйство, управлялась, имея опорой за спиной мать Евдокию и брата Семёна в няньках. Муж её Василий Федорович 1914 года рождения, в числе многих односельчан призванный в армию с первых дней войны и получивший навыки артиллериста, стал орудийным номером в минометной батарее. Пройдя горькими фронтовыми дорогами, теряя товарищей, обретая мастерство воина, защищающего родную землю, Василий рос по службе и получал боевые награды.

Из боевой биографии:
23.02.1943 г. сержант Волков В. Ф. награждён медалью «За боевые заслуги».
29.03.1944 г. гвардии младший лейтенант Волков В. Ф. награждён орденом «Красная звезда».
09.03.1944 г. – благодарность Верховного главнокомандующего товарища Сталина за бои при форсировании реки Ингулец; благодарность Верховного главнокомандующего за участие в боях по освобождению города Одессы.
20.07.1944 г. – благодарность Верховного главнокомандующего за участие в боях в районе западнее города Ковель.
14.08.1944 г. – гвардии лейтенант Волков В. Ф. награждён орденом Отечественной войны второй степени.
Гвардии старший лейтенант Волков Василий Федорович был тяжело ранен при освобождении Польши и умер от ран 19 сентября 1944 г. Похоронен в Гарвалинском уезде Варшавского воеводства, в станице Соболево.

Вдовий хлеб

Мария Дмитриевна все военные годы споро работала на колхозных полях, выполняя и перевыполняя нормы на севе, прополке и жатве хлеба, пласталась с другими женщинами на сенокосе, выкашивая поймы рек. Будучи крепкого телосложения, она превосходно управлялась с косой и с серпом. Однако вдовий хлеб, сдобренный солёными слезами, и в войну, и после неё доставался нелегко…

Впрочем, тяжелая вдовья ноша не сломила Марию, лишь ночью горькие слезы орошали её подушку, а подраставшие сыновья тешили надеждой. Объявленная 9 мая 1945 года Победа придавала сил и радости. Потихоньку стали возвращаться в деревню односельчане. Зазвучала музыка и тосты в память о погибших.
С появлением мужских, соскучившихся по мирной жизни рук, начало восстанавливаться обветшавшее домашнее и общественное хозяйство, полниться хлебом крестьянский трудодень. Жизнь продолжалась, и соскучившиеся по ласке женщины-вдовы стали обретать себе среди ветеранов войны опору и надежду. Вышла замуж и Мария. Глянулся ей фронтовик, прошедший всю войну от начала и до конца. Семён Александрович был местный родом, выходцем из большой семьи, которая была на виду в сельском совете – работящие Тесёлкины справно вели личное хозяйство и на славу трудились в общественном. Сама фамилия утверждала, что мужской род этой семьи знал толк в плотницкой части, инструменте и строительстве.

Трудно было в это время всем, но энергии придавала мысль о том, что война закончилась. Вскоре в доме Марии вновь услышали голос младенца. Родился сын – Виктором назвали (наверное, в честь победы света над мракобесием фашистских извергов). Жизнь в округе стала налаживаться, зазвучали гармони и послышались песни. В ряды косарей на речной долине влились сильные руки мужчин. Стога как грибы росли в пойме реки за Вязовкой.
За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны Марии Дмитриевне была вручена медаль, отметившая старательность ее труда на общественных работах в поле.

Чьё имя – мать

16 июня 1955 года она была награждена «Медалью материнства» второй степени. Тогда в доме звучали голоса троих послевоенных детишек. А 15 февраля 1957 года Марии вручили «Медаль материнства» первой степени – четверо послевоенных детей! Они росли, учились в школе и старались помочь матери в её повседневных трудах. Огород, баня, коровы и овцы во дворе требовали приложения сил. Сенокосы были далеки, транспорт – лишь тачка-одноколка.

И наконец 27 ноября 1959 года Мария Дмитриевна Тесёлкина была награждена орденом «Материнская слава» третьей степени. В 1958-м в доме появился ещё один ребёнок – дочь Надежда.

Старшие сыновья Анатолий и Фёдор Волковы учились в городах: Толик – в Калуге в военном училище, а Федя – в Горьковском сельхозинституте. Приезжая на каникулы, всегда старались помочь матери. Они же, старшие, завели добрый обычай: с каждым приездом в материнский дом, поздоровавшись и откушав чаю, в любое время года и в любую погоду шли они в Белбаж к деду Митрию, чтоб объявиться о своём появлении. Почаевничав и обговорив детали, прощались, чтоб в последующие дни навестить прочую всю родню, всех дядьев и теток. Обход всегда начинался с дома деда Митрия, и так продолжалось до 1969 года – в этом году дед и бабушка почили, дед Митрий пережил бабку лишь на один месяц. В память о них в роду осталось 25 внучат, и имя деда не было забыто.
Мария Дмитриевна, обременённая прибывавшим семейством, потихоньку отошла от полевых работ и устроилась в контору колхоза «Новый путь». Муж её Семён Александрович трудился в бригаде строителей, а затем – в пожарной команде колхоза.
Но недолго длилась счастливая семейная жизнь. В мае 1965 года тётка Марья второй раз осталась вдовой с пятью ребятишками на руках.

Самой же Марии Дмитриевне Господь даровал семь с половиной десятилетий жизни. Дети и 11 внуков до последних дней навещали её в доме под красной черепичной крышей.

Записала Надежда ВЕСЕЛОВА,
студентка Нижегородского губернского колледжа

Александр СМИРНОВ

Плечи женские

Когда закончится война,
Мы вспомним тружеников тыла:
Куда не бросишь взгляд – вдова,
В трудах уставши, волком выла.
Вокруг непахана земля,
И, на себя надев постромки,
Пахали бабы те поля
И зёрна сеяли с котомки.
На кромке поля – ребятня.
Пахали дети или жали,
И их, победы ради для,
Бабёнки под рукой держали…
То тут, то там взмахнул платок,
И чёрным голову покрыли –
Таков вот он, войны итог,
И от него ночами выли…

Семь раз мать!

Семь раз мать и пару раз – вдова,
В чёрном полушалочке колешь ты дрова.
Силы нет пластаться больше в поле,
Семерых взрастила на подзоле…
Неизменно скромен гардероб,
В тёмненький платок, а не в салоп
Облачены к ночи твои плечи,
Ты ложишься на кровать у печи.
Помолившись Богу… Правый угол
Видел лишь в слезах, а не с испугом,
Прядью обрамленное седою,
Твоё лицо уже не молодое.
В глазах видна житейская печать,
Уста уже устали отвечать
На все вопросы: «Как ты?!» – им молчать
Велит икона. Иоанн Предтеча…
Твоею жизнью прокатилась сеча
Какой ещё не видывала Русь!
Трудилась ты, свой стан калеча,
Твои шептали губы: «Муж, не трусь!
Все выдержим в сраженьи за Свободу,
Нет фрицу вглубь страны к нам ходу!
Тобою я любуюсь и горжусь,
Ведь пишешь ты: «Все выдюжим – вернусь!»
Не довелось вам больше встретиться, Мадонна!
Детей его поднимешь ты, влюблённа
В их разум, очи и отцову стать,
Трудом поможешь им на ноги встать.
Из победителей вновь обретаешь мужа,
Весна Победы! – пятеро по лужам
Бегут с веселым визгом возле дома.
Ты снова в поле, и шуршит солома
На пашне Родины под небом синим…
Волос твоих закручен в куколь иней.
Напоминаньем о погибшем и пришедшем
Четыре сына станут памятью ушедшим.