Илья АЗДОЕВ
12.08.2026 г.

С 1 сентября 2026 года в российских школах стартует эксперимент по введению трехуровневой оценки поведения. В проекте примут участие по десять школ от каждого региона, а к 2027/28 учебному году нововведение планируют распространить на все образовательные учреждения страны.

Тема вызвала живой отклик в профессиональной среде. Мы собрали официальные разъяснения Министерства просвещения и дополнили их мнениями педагогов нашего города.

В интервью «Российской газете» министр просвещения Сергей Кравцов подчеркнул, что оценка поведения – это прежде всего инструмент воспитания, а не наказания. Она призвана поощрять школьников, которые ведут себя достойно, и помогать педагогам своевременно корректировать работу с классом.

Трёхуровневая система. Оценка будет выставляться по модели «образцовое», «допустимое» или «недопустимое» поведение. Именно эта шкала, по словам министра, показала себя наиболее удобной и прозрачной в ходе апробации в пилотных регионах.

Критерии. Основными параметрами оценки станут соблюдение дисциплины, социальное взаимодействие, личностные качества и учебная активность ученика. Важно, что методика разрабатывалась при участии самих советников директоров по воспитанию – их практический опыт был учтён на всех этапах.

Роль советников. Педагогам, отвечающим за воспитательную работу, новая оценка даст дополнительный маркер для анализа динамики в классе, выявления зон риска и предотвращения конфликтов – как между школьниками, так и в системе «ученик – учитель».

Поддержка педагогов. Министр также напомнил, что защита прав учителя — фундамент доверия в школе. В этом направлении уже сделаны шаги: ограничен перечень отчётности (у школьного учителя всего пять форм), введено поурочное планирование, нормировано число контрольных и проверочных работ. Кроме того, с апреля 2026 года в мессенджере «МАКС» работает чат-бот «Правовой ассистент педагога», к которому уже обратились более семи тысяч пользователей. В ближайшее время ожидается указ президента об особом статусе учителя, который закрепит меры профессиональной поддержки и защиты от посягательств на жизнь и здоровье.

Официальная позиция ведомства такова: оценка поведения – не самоцель, а дополнительный рычаг, который в комплексе с уже существующими воспитательными практиками поможет укрепить дисциплину и сделать школьную атмосферу более комфортной.

А что думают учителя нашего города?
Мы попросили прокомментировать обсуждаемое нововведение двух педагогов с разным стажем и функционалом. Их мнения оказались сдержанными, а в чём-то – критическими.

«Инструмент, но не панацея»

Татьяна Сивилёва, заместитель директора по воспитательной работе лицея им. Пушкина, педагог с многолетним стажем, признаёт, что оценка поведения может стать вспомогательным средством, но предупреждает: без чётких критериев она принесёт больше вреда, чем пользы.
- Если уж вводить такую оценку, она должна быть абсолютно объективной и прозрачной, – говорит она. – Субъективное «чувствование» классного руководителя недопустимо: ребёнок и его семья должны понимать, за что выставлена отметка. При этом сегодня мы имеем электронные дневники и мессенджеры, которые позволяют информировать родителей о любых проблемах мгновенно – без формальной «тройки» или «двойки».

По её мнению, для начальной школы оценка поведения может быть отчасти оправдана: дети только учатся соотносить поступки с нормами. Но в средней и старшей школе она рискует вызвать протест, обесценивание и дополнительное напряжение.
- У нас уже есть локальные акты – «Правила внутреннего распорядка обучающихся», где прописаны требования и меры дисциплинарного воздействия, – дополняет педагог. Я считаю, что этого достаточно. А главное – не отметка, а воспитывающая среда. Ученическое самоуправление, школьные традиции, сплочённость класса – вот что действительно формирует внутреннюю мотивацию ребёнка вести себя достойно. Дисциплина – часть гражданского воспитания, и начинается она с малого: с умения считаться с другими, быть ответственным за общий настрой класса.

«Мы уже всё отладили»

Татьяна Рожкова, учитель математики начальных классов, алгебры и геометрии школы № 2, призналась, что узнала о нововведении только после нашего звонка. Она вспоминает собственный школьный опыт: оценки за поведение тогда стимулировали в основном тех, кто и так был дисциплинирован.
- Сейчас в школах отлично работают советы профилактики и психологи, – рассказывает Татьяна Игоревна. – Если случается нарушение, учитель пишет докладную – три докладные, и ребёнок идёт на совет. Это быстрее и эффективнее, чем ждать итоговой оценки за четверть.

Она сомневается, что новшество серьёзно изменит ситуацию в старших классах, где родительский контроль слабеет. Максимальный эффект, по её прогнозам, возможен в младшем и среднем звене (5–6 классы).

Особое беспокойство у Татьяны вызывает дополнительная бюрократическая нагрузка:
- Классному руководителю не нужен ещё один журнал, который надо просматривать после уроков, среди проверки тетрадей. А ведь придётся выяснять, за что именно поставлена «недопустимая» оценка, связываться с родителями. Сейчас же учитель устно или письменно сообщает о нарушении сразу – без посредников. Это экономит время и нервы.

Отношения между учителями и учениками, по её мнению, не изменятся: педагоги не злоупотребляют полномочиями и действуют по делу. А между самими школьниками тем более ничего не поменяется.
- Сегодня дети не берут пример с «пай-мальчиков» и не смотрят на чужие оценки. У них своё мнение. Повлиять могут только разговоры родителей, педагогов, психологов, – заключает Татьяна.

В общем, официальная позиция Минпросвещения строится на идее, что оценка поведения станет полезным маркером и дополнительным стимулом для воспитательной работы. Однако голоса опытных педагогов звучат осторожнее.

Будет ли новый инструмент эффективным, покажет только практика. Но уже сейчас ясно: без учёта мнения самих учителей, без проработки деталей и без сохранения человеческого лица в школе любая реформа останется лишь бумажной инициативой. Ведь главное – не оценка, а ребёнок и его путь к осознанной дисциплине.