Илья АЗДОЕВ
Фото автора
29.04.2026 г.

Дореволюционный особняк на Володарского не только хранит память и культурное наследие нашего города, но и помогает писать историю здесь и сейчас: в доме №12 расположен «штаб» скорой помощи.

В преддверии профессионального праздника работников скорой, который отмечается 28 апреля, мы поговорили с заведующим отделением Игорем Евгеньевичем ОРЕХОВЫМ, чтобы узнать, как устроена работа в городе с частным сектором и 190 деревнями в округе, а также о том, что помогает врачам выполнять долг.

Первопроходец

Тех редких гостей, что переступают порог этого дома, на входе встречает тряпичная куколка.
- Не знаю, зачем повесили, – пожимает плечами Игорь Евгеньевич. – Может, как оберег. А может, просто так.
Кажется, чья-то душа захотела уюта в стенах, где заступают на дежурство на сутки – встречают рассветы, провожают закаты.

За прихожей расположена комната отдыха персонала с пледами на креслах, пузатым телевизором и общим столом. На столе – потрёпанная клеёнка и свежезаваренный чай, вынесенный из небольшой кухоньки. Следуем дальше, в единственный отдельный и довольно тесный кабинет.

Спрашиваю у зав. отделением, была ли подобная работа мечтой для него.
- Нет, мечтой не была, – честно отвечает он. – Пришел после института к Петру Александровичу Скуднякову, главному врачу Центральной районной больницы, спросил, не возьмут ли меня на работу. Он ответил: «Есть свободное место в отделении скорой помощи врачом». И вот с 91-го года я здесь работаю.

Может, на выбор профессии повлияла семья?
- Медиков в роду не было. Мать в «Хохломе» работала, отец там же, – пожимает плечами он. – Никакой династии.

Стоит отметить, что Игорь Евгеньевич в своё время стал первым врачом скорой помощи на всё семёновское звено, до него здесь были только фельдшеры. Неделя стажировки – и вперёд.

От укола к бумагам

- Поначалу, естественно, испытываешь волнение: вдруг что-то неправильно сделаешь, навредишь? К любому делу надо привыкнуть. Помню, приезжаешь на вызов, всё вроде бы забываешь… Но работаешь и делаешь как надо.

Всю жизнь он посвятил «линейке», а сейчас, в 62 года, занимает управленческую должность. Спрашиваю, не скучает ли по бурной профессиональной деятельности.
– Нет, не скучаю, честно, не скучаю, – смеётся. – Конечно, чем наша работа в скорой отличается… Надо быстро принять решение, что делать с больным. Поставить хотя бы предварительный диагноз, какой-то синдром. заглянуть в интернет, открыть справочник, с кем-то посоветоваться нет времени. Все надежды только на самого себя и на коллегу, который едет с тобой.

- И что сложнее для вас? Принимать мгновенные решения у постели больного или разбираться с административными делами, чем приходится заниматься сейчас?
- Ну, на «линейке» – ответственность за человеческое здоровье, а здесь в целом за работу скорой помощи. Вопросы всякие приходится решать. По управлению, жалобам и так далее. Что-то ломается – надо писать заявку, просить, ходить. Один раз случилось, вообще не было машин скорой помощи – все изломались. А на чём-то работать надо было… Что касается управления, всё на мне, и от этого непрямым образом тоже зависит спасение человеческой жизни.

То пусто, то густо

В обывательском представлении фельдшеры скорой либо пьют чай, либо мчатся куда-то с мигалками. Реальность, как всегда, сложнее.
- У нас работа нестабильная. Может быть тихо какое-то время: час, два и даже три. А потом не успеваем с вызова на вызов. Причём это никак не связано с какими-либо праздничными днями, – рассказывает Игорь Евгеньевич. – Иной раз думаешь, что в праздник будет много вызовов… А случается и наоборот – в будний день вызовы один за другим идут. В общем, ни с чем это не связано, разве что с погодой, когда резкие перепады. Поэтому вот как-то так. Можем и чай попить, а в иной раз не присядешь.
А часто бывает, вызывают не потому, что именно скорая нужна, а потому что она приедет быстрее врача из поликлиники. Или чтобы поговорить. Пожилому человеку одиноко – он и вызвал фельдшера, чтобы тот ему рассказал, какие таблеточки попить. Поговорили – глядишь, уже полегчало. Но мы-то в этот момент могли быть нужны кому-то на грани.

Он делает паузу и продолжает:
- А ещё вызывают, чтобы положили в больницу. Думают: скорая приедет – значит, сразу госпитализируют. Или с алкогольной абстиненцией звонят. Со всякой ерундой, честно говоря. У нас ведь медицина бесплатная – можно по любому поводу набрать 03. Если бы за каждый вызов платили, как за рубежом, человек десять раз подумал бы: а стоит?
- Раздражает?
- Иногда раздражает. Вместо того, чтобы ехать на серьёзный вызов, ты застреваешь на пустяковом, а в это время где-то уже ждёт реальная беда. Обидно, что люди не понимают этого.

Во время нашей беседы на столе завибрировал один из трёх рабочих телефонов. Игорь Евгеньевич поднимает трубку – на линии бригада, уехавшая на место дорожной аварии.
Выяснилось, что пьяный водитель улетел в кювет. Серьёзно не пострадал – ни ушибов, ни ссадин – и от медицинского осмотра наотрез отказался. Фельдшеры теряются: с одной стороны, пациент не даётся, с другой – оформлять вызов всё равно надо. Тем более алкогольное опьянение просматривается.
- Ни ушибов, ни ссадин? При том что улетел в кювет? Ага… А что ГАИ говорит? – спокойно спрашивает Игорь Евгеньевич. – Если осмотрели — оформляйте карту. Ну да, фамилию, имя, отчество – всё как положено.
Трубка легла на стол.

Помощь для скорой

Семёновский округ – это без малого две сотни деревень. Зимой после обильного снегопада, весной в распутицу дороги превращаются в полосу препятствий даже для подготовленного транспорта. Спрашиваю собеседника: бывало ли, что помощь требовалась самой скорой?

- Бывало такое, да. Особенно в распутицу. И зимой после хорошего снегопада в некоторые деревни не пробраться. Ну, и весной, во время паводка...
- И как тогда?
- А как? Пешком: берём чемоданы, закрываем машину, и – вперёд. Фельдшер и водитель вместе, водитель заодно вроде охранника. Либо же звоним в нашу единую диспетчерскую службу, объясняем ситуацию. Диспетчер связывается с главой сельской администрации (начальником теротдела) – нам присылают трактор на подмогу. Иногда выручают доблестные пожарные. В общем, либо сами, либо через помощь.

Мы разговариваем, а на мониторе компьютера пульсируют четыре синие метки – четыре бригады пока на подстанции. Игорь Евгеньевич следит за ними в реальном времени.

- Раньше диспетчер сидел, снимал трубочку и записывал каждый вызов в журнал, – поясняет он. – Теперь все вызовы приходят из Нижнего Новгорода. У каждого фельдшера – планшет, где отображается вызов, время, адрес. Конечно, технические новшества облегчают работу, но главное остаётся неизменным.
И вспоминает:
- Над кафедрой в «меде» висел девиз. На латыни. Переводится просто: «Дважды помог тот, кто быстро помог». Это наш основной принцип.
Спрашиваю: неужели всегда работает?
- Не всегда, – признаётся он с лёгкой усмешкой. – Бывает, примчишься за минуту — человек без сознания, думаешь: инсульт, инфаркт? А спустя мгновение – встал, отряхнулся и пошёл. И так бывало.

Двадцать минут на всё

Разговор переходит к нормам, о которых пациенты знают гораздо лучше врачей.
- Люди запомнили: «Скорая обязана приехать за 20 минут». Запомнили и требуют. Но там же оговорка: в экстренной форме – когда угроза жизни. Инфаркт, инсульт, ДТП, огнестрельное. Однако любому человеку кажется, что его болезнь самая страшная. И он начинает звонить и требовать: «Где вы? Почему не едете?» А до Ильино-Заборского – 64 километра, до Сухобезводного – 44. За 20 минут мы туда физически не долетим.

Сколько же бригад обслуживают без малого две сотни деревень?
- Четыре, круглосуточно, – отвечает доктор. — Раньше были свои в Ильино-Заборском и Сухобезводном – отдельные, на местах. Но с сентября их убрали.
- Почему?
- Население сократилось. Было сорок восемь тысяч в округе – стало сорок. По нормативам на десять тысяч населения положена одна машина. А там получалось, что две машины обслуживали пять тысяч человек. Сверху решили, что нецелесообразно. И бригады расформировали.

Я молча прикидываю: житель той же Ильино-Заборской зоны теперь ждёт не свою, местную бригаду, а машину из города. До которого, как мне уже говорили, шестьдесят четыре километра.

Спасибо в спину

На прощание интересуюсь: а помнят ли пациенты добро? Игорь Евгеньевич достаёт из стопки бумаг распечатку.
- Бывает, присылают на сайт больницы благодарности. Звонят главному врачу, просят отметить такую-то бригаду: спасли, помогли. В вашу газету присылают добрые слова. А бывает, что приходят жалобы. Иной раз с вызова уходишь – тебе «спасибо, спасибо», а в спину уже летит кляуза.

Из разговора с Игорем Евгеньевичем становится ясно: работа скорой в Семёновском округе – это не гонка с мигалками, как в сериале, а методичная оборона. Оборона от одиночества пожилых людей, от весенней распутицы, от человеческого непонимания и пустых вызовов, отнимающих драгоценные минуты у тех, кто действительно на грани. И держат эту оборону не по нормативам, а вопреки километрам и усталости.

Поздравляем всех сотрудников скорой помощи с их профессиональным праздником!!!

Орехов Игорь Евгеньевич - заведующий отделения, врач
Фельдшеры и медицинские сёстры:
Иванжина Наталья Александровна
Соболев Дмитрий Юрьевич
Козлова Татьяна Александровна
Лебедева Елена Сергеевна
Куляшова Елена Владимировна
Пирогова Людмила Алексеевна
Чугунова Елена Викторовна
Бабушкина Оксана Борисовна
Колобянина Наталья Николаевна
Лобанова Людмила Александровна
Александрова Ольга Викторовна
Соловьев Дмитрий Игоревич
Соболева Александра Евгеньевна
Чувилева Анастасия Андреевна
Кудряшова Наталья Анатольевна
Кулюлина Ирина Евгеньевна
Горячева Нина Александровна
Перова Елена Евгеньевна
Павленкова Ирина Петровна
Торопова Елена Владимировна
Крылова Наталья Викторовна
Шарова Елена Николаевна
Смирнов Аркадий Николаевич
Елькина Татьяна Юрьевна
Смирнова Альбина Гавриловна
Веселова Дарья Петровна
Пенкина Алена Михайловна
Богданова Марина Юрьевна
Лутошкин Сергей Владимирович
Ковбасюк Анна Павловна
Зайцева Олеся Сергеевна
Смирнова Татьяна Сергеевна